Daria (eliza_doolittl) wrote in british_cinema,
Daria
eliza_doolittl
british_cinema

Ричард Армитидж: «По-моему, я довольно страшный человек»

Звезда «Хоббита» сыграет главную роль в «Суровом испытании» в театре Олд Вик. «Это высокая вершина», — говорит он в интервью Крису Харви.


Интервью не самое новое, от 25 июня, но здесь перевода еще не было. Фото взяты из оригинальной статьи.
Оригинал в The Telegraph.
Перевод Екатерины Прусс отсюда.

Ричард Армитейдж приходит в маленький, захламленный кабинет администратора в театре Олд Вик прямо с репетиции «Сурового испытания» Артура Миллера. Он бородат; на нем плотные бесформенные брюки, тяжелые ботинки и хлопковая рубашка без воротника — она слегка распахнута и открывает широкую грудь. Ты просто физически ощущаешь его присутствие. Тех, кто знает этого 42-летнего актера лишь по роли гнома Торина Дубощита в «Хоббите», может ждать большой сюрприз. Но телезрители, видевшие его в ролях двойного агента Лукаса Норта в «Призраках», злодея Гая Гисборна в «Робин Гуде» и героя, прототипом которого был агент спецназа Энди Макнабб, в «Ответном ударе», не сильно удивятся.

Эта роль не похожа на другие. Армитейдж играет злосчастного Джона Проктора в страшной истории о судах над ведьмами в Салеме XVII века. Проктор изменяет жене с молодой женщиной, месть за это приводит к целой череде событий, заканчивающихся смертью для многих людей.

Он говорит, что у него такое ощущение, будто он всю жизнь ждал этой роли. «Это такая эпическая роль! Для меня переживания героя сравнимы с переживаниями короля Лира».



Сюжет «Сурового испытания» развивается, как страшный сон, вызванный мстительной злобой; это аллегория антикоммунистической «охоты на ведьм» в Голливуде 1950-х гг. Можно ли избежать этой аллегории и найти другую? — спрашиваю я актера.

«Мне кажется, что в конечном итоге, эта пьеса — вне времени, — говорит Армитейдж. — В ней есть реплики, которые звучат актуально для 1692 года, актуальны для пятидесятых годов, актуальны сейчас, и будут актуальны завтра, через десять лет, через двадцать лет; ведь мы все так же предаем и уничтожаем друг друга».

Он обещает, что в постановке знаменитого режиссера Яэль Фарбер не будет никаких сокращений и умолчаний. «Невозможно рассказать эту историю, не затронув отношение к сексу в данном конкретном обществе в данное конкретное время, мужественность мужчин, женственность женщин, беззащитность девочек на грани созревания. У Яэль выходит нечто очень горячее, обжигающее, по крайней мере сейчас это так выглядит».

Армитедж производит впечатление очень спокойного человека, но говорит очень увлеченно. Я спрашиваю, каково это — знать, что тебе предстоит играть мучительный финал «Сурового испытания» снова и снова на протяжении нескольких месяцев. «Это высокая вершина, которую придется покорять каждый вечер, — говорит он. — Герой ломается, рассыпается на мелкие кусочки и к концу его практически приходится собирать заново. Я ухожу с репетиции и уношу его с собой, я уношу его мысли, мне даже немного снятся его сны».

Для многих «Суровое испытание» ассоциируется с фильмов 1996 года, где роль Проктора сыграл Дэниэл Дэй-Льюис. Каково это, когда твоя работа сравнивается с работой Дэй-Льюиса?

«Я видел этот фильм, когда он только вышел. В нем есть монументальные актерские работы. Но, по-моему, есть что-то в том, чтобы смотреть спектакль в зале — а у нас зрители сидят со всех сторон сцены, и могут даже наблюдать друг за другом, — это самый увлекательный аспект постановки».

Готовясь к роли, Дэй-Льюис сам построил дом своего героя, используя инструменты 17-го века. Играя в «Призраках», Армитедж, как известно, решил на своем опыте испытать пытку водой при подготовке к соответствующей сцене. Он говорит, что таков его подход к актерской игре.



«Тебе это интересно, как актеру. Ты думаешь: если я не пережил этого, смогу ли я полностью понять героя? Иногда мне кажется, что подготовка по системе Станиславского — это для ленивых. Сегодня перед репетицией я был в напряжении, и это позволило мне сыграть сцену, практически не играя. У меня онемели ноги. Я не притворялся, что не могу идти. В этом вся разница; точно также обстояло дело с пыткой водой. Я хотел прочувствовать это на долю секунды, чтобы точно понимать, каково это».

Но, несмотря на физические неудобства, эта роль совершенно не похожа на роли «крутых парней», от которых Армитейдж хотел бы уйти. «Иногда мне становится не по себе от того, что все сценарии, которые мне присылают, полны насилия. Ведь существует столько других вещей, с которыми можно работать».

Он говорит, что его карьера была похожа на «медленное восхождение. Я поздно начал, и на это ушло двадцать лет». Закончив школу в Ковентри, он уехал работать в цирке в Будапеште, чтобы получить карточку актерского профсоюза. Он говорит, что до сих пор хорошо помнит запах слонов и ощущение постоянного голода. Затем он поработал в музыкальном театре, и лишь после этого закончил школу актерского мастерства в Лондоне и поступил в труппу Королевского шекспировского театра. Но, по его словам, после попыток получить более крупные роли, он решил сменить курс. «Ты пытаешься добиться определенных ролей и понимаешь, что они достаются теле- и киноактерам, потому что театр постоянно борется за выживание, и ему нужны известные имена. Известные лица и продажи билетов. И я принял сознательное решение: «Я стану известным на телевидении или в кино, чтобы потом вернутся в театр и играть роли, которые я хочу играть». Но в процессе ты теряешь из виду цель, потому что тебя захватывает этот водоворот».



Его карьере на телевидении способствовало то, что женщины находят его сексуальным. «Я до сих пор этого не понимаю», — признается он. Это началось в 2004 году, когда он сыграл владельца фабрики Джона Торнтона в мини-сериале по роману Элизабет Гаскелл «Север и юг». Увлеченность зрительниц не ослабевает с годами: быстрый поиск на «ю-тюбе» выдаст вам целый список любительских видео с нарезками из его фильмов и сериалов. В них он либо полуобнажен, либо страстно смотрит в камеру, и все это под аккомпанемент знойных любовных баллад.

«Я их не видел, но поверю на слово, — говорит он. — Я в этом плане совершенно отсталый. Я знаю, что такое твиттер, но я им не пользуюсь. Я не пользуюсь фейсбуком, так что, к счастью, все это никак не влияет на мое эго».

Он неохотно говорит о своей личной жизни с прессой, и это спровоцировало слухи о его сексуальной ориентации. Я спрашиваю, не считает ли он, что в нашу эпоху таблоидной охоты на ведьм, знаменитости живут в постоянном страхе оказаться в центре скандала, и не приходится ли ему из-за этого скрывать какие-то моменты своей биографии.

«По-моему, если вам есть что скрывать, то вам приходится жить в состоянии стресса. Я где-то прочитал, что я «яростно оберегаю свою личную жизнь», и я подумал — в том, чтобы оберегать свою личную жизнь, нет ничего яростного. Мне кажется, что ее следует оберегать, и это касается всех, а не только известных людей».

Свою сексуальную ориентацию он тоже скрывает? «Нет, я ее не скрываю. Просто по-моему, она не имеет никакого отношения к моей работе. Все остальное, любые другие разговоры, болтовня, слухи, обсуждения — все это отвлекает от обсуждения искусства, а для меня оно всегда было самым важным».

В прошлом он называл себя застенчивым. «Теперь уже нет, — с нажимом говорит он. — То есть… если начистоту, то я здоровый парень, и наверное, иногда довольно страшный человек». В каком смысле?

«Я бескомпромиссный человек. Ненавижу всякое вранье. И в каком-то смысле именно застенчивость помогает мне защитить других людей от этих проявлений характера. Мне кажется, что я могу запугать собеседника, если встану в полный рост и буду говорить в полную силу. Поэтому за долгие годы я научился вести себя тише».

Он признает, что роль в «Хоббите» повлияла на его карьеру. «Для некоторых ролей невероятно важно, когда напротив твоего имени стоит цифра кассовых сборов. Но вряд ли это имело бы значение в случае «Сурового испытания»».

Он тринадцать лет играл только в кино и на телевидении, поэтому возвращение на сцену имеет для него огромное значение. «Потому-то сейчас интересно вернуться сюда, пойти на репетицию. Я думаю: «Вот ради чего я стал актером. А я и забыл». Для меня это удивительное открытие, и, наверное, после этого опыта я стану уже другим актером».

«Суровое испытание» в театре Олд Вик в Лондоне до 13 сентября.
Tags: *интервью, актер: richard armitage
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 22 comments