Наталья Попова (bamssi) wrote in british_cinema,
Наталья Попова
bamssi
british_cinema

И море, и Гомер - все движется любовью... ©

История европейской литературы открывается двумя огромными эпопеями Гомера: «Илиадой» и «Одиссеей». Если первая полна мотивов войны, государственности, долга и неумолимой судьбы, но «Одиссея» - сложнее и психологически ближе к нам, так и не растерявших в себя остатков мифологического мышления. Удивительно ли, что обожаемый нами «Доктор Кто» - живое воплощение сложного перифраза великой поэмы. В ожидании девятого сезона, по-русски говоря, сильно скучая по любимому Доктору, возьмусь провести параллели. Зачем? Потому что красивый Сильно скучая.


Я - Доктор. Я прожил больше двух тысяч лет. Я совершил много ошибок. Пришла пора что-то с этим сделать. © Двенадцатый Доктор

«Одиссея» наследует «Илиаде», то повествует не о зависти и битвах, а о долгих странствиях и волшебных приключениях. Её композиция сложнее «Илиады» и опирается сразу на три сюжетных линии: 1) боги-олимпийцы 2) долгое и мучительное возвращение домой 3) а также злоключения в Итаке сразу с двумя мотивами: насильственного сватовства и тема поисков Телемахом отца. Интересно (для нас) и то, что линейная последовательность сюжета сдвинута: повествование начинается со средины действия, а о предшествующих событиях слушатель узнает лишь позже, из рассказа самого Одиссея о его странствиях. Не правда ли, очень знакомо?


Сериал тоже включает в себя (пока поговорим только о ньюскуле) три схожих линии: 1) долгое и мучительное возвращение домой 2) вечное насильственное сватовство Доктора в различные системы (называется "давайте приложим гения к делу или уничтожим") и частые мотивы поисков Доктора людьми (чем тебе не названные дети): спутниками или мечтателями 3) что до богов – олимпийцев, то положение Повелителей Времени чем-то схоже с судьбой давно позабытых владык Земли. Они тоже внешне напоминали людей, обладали их пороками, но владели знанием, превосходящими человеческие. Галлифрей может и не Олимп, но провести параллели не сложно. Расселл и Моффат делают это открыто. Как и многие до них.


Самый знаменитый мотив «Одиссеи» относится к широко распространенному в мировом фольклоре «бродячему сюжету» о «возвращении мужа». Чаще всего этот мотив подводит нас к моменту, когда верный партнер в отчаянии уже готов к новой свадьбе (часто насильственной), но вернувшийся герой расстраивает её. С этим в «Одиссее» объединена часть другого сюжета, не менее широко распространенного у разных народов, — о «сыне, отправляющемся на поиски отца». Сын, родившийся в отсутствие отца, отправляется искать его, отец и сын встречаются и, не зная друг друга, вступают в бой, заканчивающийся в одних вариантах трагически — гибелью отца или сына, в других — примирением сражающихся. В греческих сказаниях об Одиссее сюжет этот представлен полностью, но «гомеровская» поэма дает лишь часть сюжета, не доводя его до боя отца с сыном. Стоит ли искать буквальные связи в «Докторе»? Я бы не стала. «Жена» может быть мотивом, не случайно в мифах земля (родина) выступает не только, как мать, но и жена. Потом оба мотива можно слить в один: неприметные на первый взгляд, но неуклонные поиски Доктором Галлифрея, его извечное возвращение к нему снова и снова, отлично перефразируют и мотив «свадьбы» (Временная война), и битвы отца и сына (своего предназначения). А вот про Пенелопу… поговорим отдельно.


Хоть о себе писать неловко,
но я недаром реалист;
ко мне пристала Пенелопа
как, извиняюсь, банный лист.

© Александр Иванов

Давайте пропустим традиционное бла-бла-бла про то, что Пенелопа «символ супружеской верности» в мировой литературе. Это всё да, но верных жен, погибших в «Илиаде» пруд пруди, так почему же Пенелопа стоит особняком в этих эпопеях? Чем великая царица Итаки, вышедшая замуж по любви и хранящая верность своему мужу в течение 20 лет разлуки и не перестающая верить в его возвращение, вопреки распространяемым слухам о его гибели, так особенна? Потому что Гомер впервые в истории европейской традиции выводит образ равноправного партнера. Равноправного спутника главного героя. Да, эпопея называется «Одиссея», но пока хитроумный владыка петляет в сказочных мотивах и невероятных приключениях, его спутница ничем не устает ему. Слепой мудрец наделил Пенелопу не просто особыми чертами, но и целым рядом вполне героических качеств (редкое дело даже для древних греков, лояльных к «слабому» нынче полу). Она обладает умом, верностью, целомудрием, принципами, понятиями чести и достоинства, почтением к богам и обычаям предков, а также хитростью и вполне себе кровожадностью. Вспомните о её хитроумной плане расправы над женихами (песня 21):

Дочь светлоокая Зевса Афина вселила желанье
в грудь Пенелопы, разумной супруги Лаэртова сына,
лук женихам Одисеев и грозные стрелы принесши,
вызвать к стрелянию в цель их и тем приготовить им гибель
.

Учтите, это помогло перебить не одну сотню знатных и кровожадных женишков. Не случайно, говоря о ней, Гомер характеризует ее эпитетами «многоумная», «многоразумная». Например, «многоразумная старца Икария дочь, Пенелопа», «Вниз по ступеням высоким поспешно сошла Пенелопа, /Старца Икария дочь многоумная…», «Но Пенелопа разумная, дело иное придумав, /Вышла к своим женихам многобуйным из женских покоев». А как её припечатал злобненький Агамемнон в Аиде (песня 11):

Слишком доверчивым быть, Одиссей, берегися с женою;
ей открывать простодушно всего, что ты знаешь, не должно;
вверь ей одно, про себя сохрани осторожно другое.
Но для тебя, Одиссей, от жены не опасна погибель;
Слишком разумна и слишком незлобна твоя Пенелопа;
Старца Икария дочь благонравная…


Это говорит человек, которого родная жена свела в могилу легко и успешно. Если учесть, что любовничка жена завела, пока упрямый Агамемнон пытался вернуть жену братику и помог снести с лица Земли прекрасную Трою ради не понятно насколько прекрасной Елены, то простим несчастного мужа Клитемнестры и оценим его комплимент Пенелопе. Но я увлеклась. Почему это важно для нас? Потому что в «Докторе» линия спутниц, именно спутниц, «многоумных» (Ривер, Клара, Донна), «верных» (Роза, Сара Джейн Смит, Эмми), по-настоящему, по-докторски добрых – ключевая. Женские типажи, начиная с олдскула и по наши дни – равноправные спутники главного героя. Вспомните для сравнения: Ирен, миссис Хадсон, Мэри – прекрасны, но бессильны на фоне блистательного броманса. Их линии вторичны, пусть и любимы нами. Но Эми, Клара, Донна, Ривер, Роза (любая из них) имеют собственные линии в сюжете и отлично влияют на главный.



Но есть еще два важных аспекта, которые мы не можем обойти в разговоре. Это сказочные мотивы, которыми пропитаны странствия, что Одиссея, что Доктора. И мотивы социальной утопии в «Одиссее», отлично отслеживаемые и в сериале. Начнем с того, что Одиссей в своем странствии видит куда больше, чем залитые кровью собратья по троянской войне, пожалуй, побольше даже петлявшего совсем в паутине древних сказок Ясона и засланного на невероятные труды Геракла. Наш хитроумный герой постоянно сталкивается с чем-то невиданным, особенным и индивидуальным: будь то феаки, мореплаватели, обладающие сказочными кораблями, быстрыми, «как легкие крылья иль мысли», не нуждающимися в руле и понимающими мысли своих корабельщиков. Или страна мирных лотофагов – «пожирателей лотоса». Циклопы. Волшебница Кирка. Смертоносные сирены. Знаете, что поразительно узнаваемо: всё это не пугает Одиссея, скорее вдохновляет. Чудища всех цветов и мастей предстают ему равными и занимательными. С теми, кто добр к нему, добр и наш путешественник. С теми, кто грозен и опасен, герой справляет при помощи ума. Ума! Вы поняли о каком из двух героев говорю? Верно, об обоих.



Со вторым всё еще проще: на страницах «Одиссеи» полно идиллических картин, по началу не вызывающих никакой тревоги. Мирные феаки - по исконному смыслу мифа - корабельщики смерти, перевозчики в царство мертвых, но на их пиру, где слепой певец Демодок поет о подвигах Одиссея и вызывает этим слезы на глазах гостя, всё легко и гладко. Можно сказать, что Гомер предвосхитил появление в литературных традициях и утопий и антиутопий, а «Доктор» с легкостью подхватывает это. Вспомните «Планету удов» или историю Нью-Нью-Нью-Нью-Йорка. Феаки, богато одарив Одиссея, отвозят его на Итаку, и разгневанный Посейдон обращает за это их корабль в утес. Отныне феаки уже не будут развозить странников по морям на своих быстроходных. кораблях. Царство сказки кончается. Как и в каждой серии сериала, где чудное приключение так часто обращается в кошмар. А сказка неловко обрывается там, где погибают существа и люди. Серии очень осторожно балансируют на этой грани, не спеша обрываться в хоррор или социальную драму, но и не забывая своей цели. Раскрывать мир, не всегда и не во всем сказочный.



Еще одна важная черта. Помните, в чем основная проблема Одиссея? Он - «ненавистный бессмертным богам», по словам мудрого Эола. Почему ненавистный? Разберем самый буквальный конфликт поэмы: с Посейдоном и его сыном Полифемом. Это конфликт человека с безжалостной и жестокой естественной стихией, намного более сильной и непредсказуемой, и тупой несправедливой силой, бессилием и собственным страхом. Человека, вооруженного только своим умом, хитростью и по-настоящему добрым, мирным сердцем. Узнаваемо? Так что делает наш герой, наш Доктор? Он снова и снова восстает против безжалостных стихий, несправедливых сил и глупости. Восстает и побеждает, сам и с помощью любящих, а иногда и просто случайных существ и людей (или богов). Как и Одиссей.



Можно искать и находить в «Докторе» отдельные отголоски древней поэмы. Например, в связи с внезапным преображением Мастера, всплывает волшебница Кирка. Обладавшая волшебными силам и даром обольщения, помешанная на Одиссее и превращавшая людей в свиней, или киберменов, если хотите.



Сам Одиссей, неоднозначный, властный, умный и любознательный герой, который использует свою прирожденную находчивость для познания мира с его чудесами. Одиссей в поэме часто награждается эпитетом «многоумный». Его хитрость имеет множество сторон и оттенков. Герой сам признается царю Алкиною в том, что славен хитрыми измышлениями:

Я Одиссей, сын Лаэртов, везде изобретеньем многих
Хитростей славных и громкой молвой до небес вознесенный
.

Узнаем брата Колю любого из любимых Докторов, любознательных и «многоумных», славных очень разными оттенками ума. От величественного знания Первого Доктора, через абсурд и иронию Второго, к пафосу и обольстительности Третьего, глубине и властности Четвертого, мягкости и славности Пятого, вздорности и истинной горечи Шестого, тревожности и опасного очарования Седьмого, романтичности Восьмого, травме и величии Девятого и Доктора – Война, упоительной сексуальности гениальности Десятого, очаровательности и дальнозоркости Одиннадцатого и, наконец, поразительной и гордой синкретичности ума Двенадцатого.



Но не одной хитростью славится Одиссей. Прекрасный мореплаватель, стратег, любимый солдатами полководец. В стрельбе из лука его не может превзойти никто, он «славен копьем», но главное — он «велик душой», «велик сердцем». Ни один смертный не может также сравниться с ним в ораторском искусстве, в мудрости слов, в благости советов. Не знаю, стоит ли мне что-то еще добавлять?



Все мы помним замечательные слова Питера Капальди: «Доктор Кто принадлежит всем нам. Каждый делает Доктора Кто», потому не стоит серьезно относится к моим «изысканиям». Их можно продолжать, отслеживать черты, развивать, разворачивать, углублять или забыть. Я просто очень скучаю, по тому, кто однажды произнес вполне эпическое: «Я не хороший человек, не плохой, я не офицер, я просто идиот. С будкой и отверткой. Мотаюсь туда-сюда, помогаю, учусь новому». Совсем, как я. Повторяю себе каждый день. Совсем, как Одиссей. Где ТАРДИС – корабль, отвертка – это только отвертка, а всё остальное делают люди. Знаете, что главное? Чтобы не случилось, Одиссей не остановится, а Доктор – не сдастся! Ради нас всех.
Tags: doctor who: аналитика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments