Daria (eliza_doolittl) wrote in british_cinema,
Daria
eliza_doolittl
british_cinema

Дэвид Лин и его "Summertime"

Про "Дочь Райана", мой самый любимый фильм Лина, я уже писала.
Обзоры по режиссерам, особенно по таким, я писать совсем не могу, поэтому расскажу по очереди про самые важные работы Дэвида Лина. По случаю вернувшейся зимы это будет Лето | Summertime — не смотрите, что он снят в 1955 году, это его достоинство, а не недостаток :)



Но сначала процитирую отрывок из книги Кэтрин Хепберн "Я. Истории из моей жизни" ("Me: Stories of My Life"), в котором она рассказывает о периоде съемок и Дэвиде.

«Летний сезон»

«Летний сезон» — картина, поставленная по мотивам пьесы «Пора кукушки» Артура Лоренца. Мне позвонили и сказали, что снимать ее будет Дэвид Лин. Не соглашусь ли я... Можно не продолжать.
Естественно, мне приятно будет сыграть в любом фильме режиссера Дэвида Лина.

Итак, я дала свое согласие. Съемки намечали провести в Венеции. И Констанс Колье, моя подружка, и Филлис Уилбурн, ее секретарша, собирались поехать вместе со мной. Спенсеру предстояли съемки во французских Альпах в фильме «Гора», так что все складывалось как нельзя удачно. Он был занят — я была занята.
<...>
Квартира находилась на Большом канале, почти против Гритти. Она была роскошно меблирована, на двух уровнях, три спальни, три ванные комнаты. Комнаты находились на третьем и четвертом этажах, кроме того, имелся красивый садик на берегу реки и замечательный обслуживающий персонал: повар, дворецкий, служанка. В нашем распоряжении была своя собственная гондола.

Дэвид жил в Гритти — работал над сценарием. Он выбросил из него все, за исключением основной линии — судьбы безумно одинокой секретарши, которая встречает наконец Россано Брацци, а потом отпускает его в Соединенные Штаты [в описании сюжета ошибка переводчика — прим. eliza_doolittl]. Это была история некой секретарши, которая проводит свой отпуск в Венеции. Пьеса Артура Лоренца под пером Дэвида Лина и его друга, сценариста Бейтса, превратилась в киносценарий. Я не помню, кто получил авторский гонорар, но Дэвид постоянно вмешивался в содержание и отбрасывал все, что не интересовало ЕГО, так что этот фильм скорее можно назвать «Дэвид в Венеции». История человека, не очень-то разбирающегося в знаменитых на весь мир достопримечательностях, но всей душой воспринимающего красоту и атмосферу этого замечательного города, в котором он проводит три недели своего отпуска, и история его любви, а потом отъезд на поезде.



История эта была рассказана с подкупающей простотой — на улицах, на площади Сан-Марко. Мы снимали в узких — всего в два-три метра шириной — улочках. Время, когда в них заглядывало солнце, исчислялось минутами. Роль была эмоционально насыщенной, и, скажу честно, мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы сыграть так, как того хотел Дэвид. Но эта работа доставила мне истинное наслаждение. Бесподобной была и выбранная им музыка.



Работать с Дэвидом было одно удовольствие. Это был очень основательный, простой и искренний человек. Он рассказал историю — кусочек понятной нам жизни. Во всех ее нюансах. Он запечатлел то, что видел внутренним зрением его ум. Это совершенно необыкновенный дар. Мне казалось, что Дэвид прямо-таки пропитан Венецией. Она была — его. У него дар истинного фотографа, а его мыслям была присуща описательность: снятые им кадры рассказывают историю. Дэвид обладал способностью к сверхсосредоточенности. Это производило на меня очень глубокое впечатление, к тому же он принадлежал к когорте тех наиболее интересных режиссеров, с которыми я когда-либо работала. Прежде чем начать работать в паре с Ноэлем Коуардом в качестве сорежиссера на картине «Кавалькада», он много лет проработал монтажером. Он выжимал из каждого актера некое определенное искомое, чтобы сложить все это найденное, получить то, что он изначально видел своим внутренним зрением. Поэтому фильмы Дэвида Лина отличаются невероятной цельностью. Он рисует их, а они — его.
Разве я не везучая, что мне удалось сняться у него?

Для Дэвида не существовало определенных трудностей. Ноэль Уиллман работал у него в «Докторе Живаго». Предстояло отснять кадр с кавалерийскими офицерами числом примерно в три сотни, которые проезжают верхами по полю. Дэвид глядел на поле, просто молча и сосредоточенно наблюдая.
Наконец обернулся к ассистенту: «Скучно... Мне кажется, надо, чтобы это было поле красных маков. Мы засадим все поле красными маками. Отошлите кавалерию домой. Позвоните тому парню на углу, что за гостиницей...» Операция заняла у них три дня. Появилось маковое поле. Это было невероятно зрелищно.



Поистине сумасшедшим был поиск красных бокалов для картины «Летний сезон». Наконец ему раздобыли хрустальные кубки шести чуть отличных друг от друга тонов, благодаря чему он добился-таки того, что задумал.
Но когда ставилась последняя точка, этот человек испытывал истинно глубокое удовлетворение, ибо он сделал для дела все, что мог. Совершенство — вот то, к чему всегда стремился Дэвид.





Лето | Летняя пора | Summertime
Великобритания, США. 1955 г.
В ролях: Кэтрин Хепберн, Россано Брацци, Иза Миранда, Дэррен МакГэвин, Мари Алдон, Джейн Роуз, МакДональд Парк, Джереми Спенсер, Гаэтано Аутьеро и др.

Несмотря на то, что это совместный фильм Великобритании и США, в нем заняты актеры из четырех стран, а действие происходит в Венеции — это все равно очень британский фильм :)

— Ты приезжаешь сюда, и что? Катаешься в гондоле, вздыхаешь: "Венеция так прекрасна, так романтична! Эти итальянцы, такие романтики, такие дети! И ты мечтаешь кого-то встретить: молодого, богатого, умного, яркого и, конечно, холостого. Но я — я владелец магазина. Немолодой, небогатый, неумный и неяркий и, конечно, женатый! Я мужчина, а ты женщина. Разве ты не видишь? Это плохо, порочно, то, се... Ты как голодный ребенок, которому дают равиоли. "Нет, — ты говоришь, — я хочу бифштекс". Милая девочка, ты голодна. Съешь равиоли.
— Не настолько голодна.
— Мы все настолько голодны.


Если вы хотите побывать в Венеции, но до сих пор не удалось, то этот фильм для вас.
Не знаю, как можно, сидя в холодной питерской квартире, ежась от сумрачного вида за окном, ощущать тепло происходящего на экране, но так оно и было. Каждый звук, будь то гондольерская песня, концерт Россини под ночным небом или главный мотив картины звучал так, словно бы это совсем рядом, вот тут, на площади Сан-Марко. Все запахи: мутных каналов, кофе, мартини, ликеров, гардении в руке Кэтрин, запах цветущих кустов по краям террасы ощущались буквально физически. Старые стены грязных домов, темные закоулки и залитые солнцем площади, узкие улочки, морской закатный залив — вот здесь, все прямо перед вами.



Великолепна Кэтрин Хэпберн, с ее волшебным прищуром узких глаз, ослепительной улыбкой, рыжими волосами в неизменной высокой прическе, низким хриплым голосом и отсутствием границ — это Актриса в самом полном смысле этого слова. И здесь — одно удовольствие наблюдать за ее игрой, движениями, за тем, как бережно камера выхватывает из всего буйства красок ее такой изящный образ: тонкие руки в полупрозрачных белых перчатках, изящные лодыжки в туфлях без задников, часы с жемчужным браслетом, скользящие по запястью, скромные, но бесконечно стильные платья по моде 50-х с белыми пуговками, аккуратную сумочку, бювар для писем с потертой кожей, старую видеокамеру...

Россано Брацци идеален в своей роли, от первых влюбленных взглядов в сторону партнерши до каждого жеста, до финального кадра. Он вторичен по отношению к Кэтрин, уступает ей ведущую роль (у Лина в мелодрамах вообще фокус на переживания женщины), но за то время, что он присутствует на экране, он заставляет любить себя, верить в его мужественность, в то, что все случившееся — это расположение звезд, судьба, теплое вечернее лето жизни.

Tags: *рецензия, жанр: мелодрама, раздел: фильм, режиссер: david lean
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments