Наталья Попова (bamssi) wrote in british_cinema,
Наталья Попова
bamssi
british_cinema

Процесс в погоде сердца. ©

Радуюсь возможности рассказать об этом проекте. Небольшом, легком, исполненном столь виртуозно, что он кажется невесомым, как красивый клип о большом поэте. Десятилетие назад даже появился такой жанр «видеопоэзия», лучшие образцы которого весьма вдохновляют. Но «Зажигая звёзды» (Set Fire to the Stars) не так и прост. Начнем сначала, перед нами полу- биографический дебютный фильм - драма режиссера Энди Годдарда о всего одной неделе в Нью-Йорке великого валлийского поэта Дилана Томаса. Интересно, что сценарий этого британского шедевра создали в соавторстве режиссер и исполнитель главной роли, очень перспективный актер, сценарист и продюсер Селин Джонс. Компанию ему составили Элайджа Вуд, Келли Райлли, Стивен Макинтош, Ширли Хендерсон, Кевин Элдон, Стив Спайрс, Ричард Брэйк, Эндрю Бикнелл, Кейт Дрю и другие. Фильм небольшой, всего 97 минут. Просто разрешите его себе.


Хлеб преломил я – овсом был некогда хлеб,
Это вино в гроздьях нездешних лоз
Пело взахлёб;
Днём человек ли, ночью ли ветер – сшиб
В поле колосья, счастливые гроздья смял.

В этом вине летняя кровь лоз
Билась в ягодный мрак,
Рослый овёс
На ветру шелестел смеясь;
Солнце смял человек, ветер на землю сволок.

Плоть вы разъяли, пустили кровь,
Вены опустошены;
Колос и гроздь – никому невдомёк,
Что чувствует корень и претерпевает сок;
Вот вам моё: вина глоток, хлеба кусок.

© Перевод Аркадия Штыпеля

Начнем с главного. Дилан Томас - один из самых значительных англоязычных поэтов 20-го века. Прозаик, драматург, публицист. Человек – романтический ореол которого не менее знаменит, чем его стихи. Ко времени выхода своего первого сборника «18 стихотворений» (ноябрь 1934 года) Томас был уже одним из самых известных молодых англоязычных поэтов. Поэтов, набивших оскомину всем и вся. Его очень любят сравнивать с Есениным, ссылаясь скорее на трафаретный образ пьяницы и дебошира, чем на какие-либо стилистические особенности письма. Люди вечно забывают о том, что созданный образ и личность – сильно разные вещи. Не каждый поэт – пьяница, как и не каждый пьяница - поэт. Но очарование образом бывает столь сильно, какие бы чувства оно не вызывало, что стихи вечно отходят на второй план.



Слава слепа, самое известное стихотворение Томаса «И безвластна смерть остаётся» знаменито тем, что было использовано в фильме Стивена Содерберга «Солярис». Часто именно оно первым приходит на ум тому, кто увлекается английской и валлийской поэзией. Хорошо, в нем много от Томаса, гораздо больше, чем в немногих автобиографических книгах. Одна из которых, Джона Малкольма Бриннена (John Malcolm Brinnen) «Дилан Томас в Америке», частично легла в основу сюжета. Давайте начнем с него.

И смерть не удержит своих владений.
Мертвецы, как один, отрясут свою ветхую плоть –
Войску ветра и закатной луны под стать,
Когда их чистые кости выступят в путь –
На локте звезда и у щиколотки звезда;
Их, безмозглых, достигнет благая весть,
Их, утопших, отринет морская вода;
Пусть любовники гаснут – не гаснет страсть;
И смерть не удержит своих владений.
И смерть не удержит своих владений.

Те, кто своё отлежал под изгибами толщ
В тени корабельных днищ;
Кто пляшет на дыбе, срывая жилу и хрящ,
Кто ре́мнем растянут на колесе;
Те, от чьей чистой веры осталась одна труха,
Кого прободает насквозь единорог греха, –
Встанут, разимые насмерть, неуязвимые все;
И смерть не удержит своих владений.
И смерть не удержит своих владений.

Больше не смеют им в уши чайки кричать средь зыбей,
И не взрывается на побережьях морской прибой;
Больше уже ни один цветок не позволит себе
В дождь запрокинуть голову под удары брызг;
Пусть каждый из них безмыслен и мёртв, как гвоздь,
Головы голых гвоздей собьются в цветущую гроздь;
Их в солнце вколотят – и солнце расколется вдрызг,
И смерть не удержит своих владений.

© Перевод А. Штыпеля. Есть другой вариант, в переводе В. Бетаки


Томас прожил яркую, но очень короткую жизнь. Прожил шумно, открыто и трудно. В 1937 году Томас женился на Кэйтлин Макнамара. У них родилось трое детей, пара шумно сходилась и разводилась, став легендой при жизни. Это важно для фильма, да и для понимания поэта, ведь сжигающее его изнутри чувство к жене он сквозной нитью провел через многие стихи. Во время Второй мировой войны поэт не был призван в армию, хотя рвался, но был признан негодным к службе по состоянию здоровья. Тем не менее, нашел себе применение — писал пропагандистские тексты для правительства. Томас любил хвастаться тем, как много алкоголя он мог употребить. Одна из самых известных его фраз — «Я выпил 18 порций неразбавленного виски; кажется, это рекорд» (I've had 18 straight whiskies. I think that's the record). Умер поэт, как жил. 9 ноября 1953 года, когда Томас выпивал в «Таверне „Белая Лошадь“» на Манхэттене, он потерял сознание; позже он скончался в больнице святого Винсента, в возрасте 39 лет. Причиной смерти стала пневмония вместе с повышенным давлением в кровяных сосудах мозга и проблемами с печенью. По некоторым сведениям, его последние слова были «И это всё, что я сделал в 39 лет». Поверьте, его «всё» составляет сокровищницу не только английской, но и мировой поэзии.



Дайте мне маску – скрыться от соглядатаев ваших ничтожных,
От фарфоровых этих зрачков, от очков-крючков,
Чтобы укрыть бунтарство за детской невинной рожицей,
Чтобы мой штык – язык – спрятать в келье под сводом нёба,
Чтобы звучали слова льстивой флейтой, извилистой ложью –
Только бы скрыть сверканье ума за приличием равнодушия
И обмануть, убедить в своей заурядности лезущих в душу!
Так – с ресниц показное (вызванное белладонной) горе вдовцов
Прикрывает истинный яд,
тех, которые на самом деле сухими глазами
На толпу хнычущих лицемеров глядят,
На их кривые усмешки, тщательно прикрытые рукавами…

© Перевод: В. Бетаки


Итак, действие происходит в далеких пятидесятых годах прошлого века в Нью-Йорке. Заведующий кафедрой литературного творчества, молодой и малоизвестный поэт Джон Малкольм уговаривает руководство университета доверить ему гастроли известного валлийского поэта и своего старшего товарища Дилана Томаса. Для Джона это важный, ответственный шаг. В жизни Джона, если уж на то пошло, много важного и ответственного. Парень амбициозен и очень серьезен. С одной стороны, ему важно сделать карьеру и добиться чего-то большего, с другой – отчаянно интересно, что такое видит в мире бесшабашный Томас, чего не видит он, Джон. Но есть еще одно «но». Как справится с самим Томасом, как спасти Томаса от себя самого, что случится, если двух разных людей поместить в единое время и пространство. Что принесет это и поэтам, и всем нам?


Земную жизнь пройдя до тридцати,
Я проснулся от голосов
Гавани и соседних лесов:
На тёмных камнях в лужицах отлива радостно толпились
Мидии. Цапля славила берег. Утро меня позвало
Молитвой воды, криками чаек, скрипом грачей,
Ударами лодок о повитую паутиной стенку причала,
И повелело
Отправиться
В спящий и предрассветный город.

© Перевод: В. Бетаки


Теперь немного личного. Дело в том, что мне (не единственной в этом мире) повезло (во всех смыслах) учиться на семинаре поэзии, на кафедре того самого литературного мастерства. Потому мне более чем знакомы эти отчаянные попытки понять, что есть поэзия на самом деле. Понять и облечь понимание в некую форму. Мучительные споры, лепки образов, безжалостные попытки не просто писать поэзию, а воплотить ее в жизнь. С поэзией все так непросто именно потому, что она и социальный статус, и одна из древнейших сакральных форм существования, добровольная иммиграция, некое состояние, и она столь же различна и многообразна, как сама жизнь. Ничего удивительного в этом нет, ведь поэзия – продукт наших мыслей, чаяний и страхов. Потому мы всегда много больше, чем поэзия, и в ней люди узнают не нас, а себя. Нормально, если тебе проще в прозаическом тексте, воздух поэтических строф всегда разряжен. Здорово, если она влечет к себе. Плохо, если ты пытаешь её делать. Самое бесполезное из занятий. Собственно, фильм в какой-то степени об этом. Его можно и нужно допустить к себе, как мы допускаем истории об экзотических странах и живых людях, побывавших в них. Странно, весело и важно. Ведь за любой метафорой всегда проступают очертания реальности. Просто очерти их для себя.


Бледнел дождь над удалявшимся,
Уменьшавшимся портом.
У моря – мокрая церковка, с улитку величиной,
Из тумана торчали рожки её – и замок,
Коричневый как сова, едва ли не чёрный.
И сады расцветали в летней сказке,
За городской стеной.
И без конца мог бы я удивляться чуду
Своего дня рождения,
Под катящимся облаком, жаворонками набитым,
Но погода решила поссориться со мной.

© Перевод: В. Бетаки

Весь фильм был отснят за 18 дней в Суонси, в Великобритании. Оператором проекта стал легендарный Крис Сигер (Chris Seager). Оператор таких проектов, как «Гамлет» с Д. Теннантом, «Девушка из кафе», «Госпожа Бовари», «Красота», «Час», «Большая игра», «Тиран», «Позовите акушерку», «Дракула». И в том, как снята эта картина – особая прелесть, даже больше – сама поэзия. Не случайно повторюсь, что это похоже на долгий и пронзительный видеоклип, ведь решения Сингера прекрасно дополняет музыка Груффа Риза (Gruff Rhys).



Одиноко моё ремесло,
Искусство тихих ночей.
Когда яростна только луна,
А любовники обнимают в постели
Свои горести и печали,
Я тружусь в ликующем свете
Не для суетных комплиментов,
Не за славу и не за хлеб,
И не ради аплодисментов
В светлом вызолоченном зале,
А за тот гонорар, что едва ли
Кто-нибудь разглядеть сумеет
В тайных глубинах души.
Не для презревших луну,
Не для суетных, не для гордых,
Я пишу на пенных страницах
Не для тех мертвецов, которым
Подавай псалмы с соловьями,
А для тех, кто хмельными руками
Обнимает в постели горе
В тихих глубинах ночей,
Кто, не слышал и не услышит
Вовеки моих речей.

© Перевод: В. Бетаки

Можно еще поговорить о … чудном Элайджи Вуде и его взаимодействии с удивительно органичным и фантастически похожим на Томаса Селине Джонсе. Джонс, ртутный, невероятный, неповторяющийся не на секунду, отлично оттеняет беспомощность, очарованность Вуда, его деловитость и естественную хрупкость. О том, как блистательна Келли Рейлли в небольшой сцене, как обворожительно безумна и притягательна. Как приятно видеть Ширли Хендерсон, снова не узнаваемую. О том, что кадры иногда так фотографичны, что фильм местами кажется комиксом себя самого. Это 97 минут застывшего в морозном воздухе времени, это апокриф, это четкая графика слова, это просто признание в любви.



В нем не будет очевидного смысла и морали, не ищите здесь рассказа о поэте, но всё, что вы увидите, будет столь поэтично, что большего я бы и не стала просить. Отзывы критиков на работу разнородны, надеюсь, что вам, если вы выберете «Зажигая звезды» захочется разделить со мной нежность и восторженность к этой красивой элегии.

Когда-то был этот цвет цветом обычных слов,
Они заливали с самой банальной стороны мой стол,
Потому что школа, привычно и скучно маячила в поле,
И всё звучало, как положено в школе, – не более,
И, как на обычном фото, резвилась стайка девочек чёрно-белых…
Нет! Я обязан перекроить эти ландшафтики в тонах пастельных,
Ведь когда-то мы пацанами у пруда в два пальца свистели,
Кидаясь камушками в любовников на их травяных постелях,
И тени деревьев над ними казались словами, смысл которых рассеян,
А лампа молнии была слишком резким словом для бедолаг,
Вот так же новый мой стих разделается с прежним стихом,
Чтоб каждый кинутый камень
Стал налету разматывающим смыслы клубком!

© Перевод: В. Бетаки

Бонусом, сайт о поэте.
Tags: *рецензия, актриса: kelly reilly, жанр: биография, жанр: драма, раздел: фильм
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments