Наталья Попова (bamssi) wrote in british_cinema,
Наталья Попова
bamssi
british_cinema

«Всякий человек» (Everyman), постановка Королевского Национального театра, 2015

Давайте начнем с главного. Morality play – особый жанр средневекового европейского театра. Некое поучительное действие с аллегорическими персонажами. Ногами своими моралите обязана мистерии, но отколовшись от нее еще в 15 веке, бодро встало на свои. Во-первых, потому что было изначально более светским жанром, во-вторых самым отвлеченным (мы поговорим об этом отдельно), гибким, как самый простой и мобильный вид театральных игр своей эпохи. Оно легче всего трансформировалось, привлекало авторов - полемистов, причем различных убеждений (как католиков, так и протестантов). Поскольку моралите не относилось к церковным представлениям, как мистерии, то в 16 веке оно не подпадало под запреты, которые распространялись на жестко религиозный репертуар. Полупрофессиональные «братства» и различные городские корпорации играли религиозные «моральные действа» тогда, когда им запрещали ставить полноценные мистерии, порой просто изменяя жанр в названиях. Моралите играли и первые профессиональные актерские труппы, играли придворные любители, особенно популярным этот жанр долго был на школьных сценах. К чему я всё это горожу? Потому что «Everyman» изумительно воплощенное в современный театральный перфоманс моралите. Чудный эксперимент с великолепным результатом.


За постановку этого чуда взялись режиссер Руфус Норрис и хореограф Хавьер де Фрутос. Это не первая совместная постановка этой команды, и в небольшом предваряющем спектакль фильме они занятно описывают своё взаимодействие. Слова и танца. Мы к ним еще вернемся, а тем временем о моралите.



Они имели, как правило, простейшую структуру, где действие строилось по принципу сцепления однотипных диалогов. К главному герою, олицетворяющему (например, Всякого Человека) последовательно приходили аллегории добра или зла, которые указывали верный или неверный выбор пути. Так уж вышло, что в отличие от мистерии моралите очень аллегорически трактует сюжет, потому героями в нем оказываются часто оказываются не люди, а скорее их типы и профессии (Чародей, Нотариус, Горожанин) или понятия (Церковь, Синагога, Лицемерие), или поступки и их следствия (Колики, Апоплексия, Продажа). Вам интересно, работает ли это в 21 веке? Еще как!


В нем всё действительно было просто. Для того чтобы принадлежность героя к тому или иному типу не оставляла сомнений, актеры использовали надписи и символические атрибуты: совесть — зеркало, трудолюбие — лопату, надежда — якорь, вера — библию или крест, лесть — лисий хвост и т.д.. Моралите в полной мере отражало дуалистические концепции человеческого бытия на земле и за гробом. В начале – назидательный пролог, в конце –обязательные морали. Таким образом, моралите предлагало толкование человеческой жизни в самых обобщенных категориях, которые изначально были не свойственны сцене (скорее риторическому или религиозному трактату), зато во все времена охотно считываются людьми. Просто же всё! Верх - низ; право - лево; добро - зло.


Адаптировать средневековую пьесу на современный лад доверили очень популярной британской (шотландской) поэтессе Кэрол Энн Даффи. Даффи – активист, поэтесса, драматург, обладательница многих престижных литературных премий и наград (премия Сомерсета Моэма, премия Т. С. Элиота и т.д.). Она является одной из самых популярных поэтесс в Англии. Ее книги охотно покупают читатели, принадлежащие к разным социальным слоям. Изучение стихов Даффи включено в программу школ и университетов. После смерти Теда Хьюза Кэрол была одним из главных претендентов на пост поэта-лауреата. Правда, выборы она проиграла Эндрю Моушену, однако сам факт участия в борьбе за это место свидетельствует о ее принадлежности к литературной элите Великобритании. По секрету, в небольшом фильме перед спектаклем ее можно увидеть.



Еще один бонус древнего теперь жанра в том, что он всегда был благожелателен. Поясню. Драматическая коллизия моралите состояла в борьбе доброго и злого начал, четко персонифицируемых в различных образах. Вот вам – Бог, вот вам – Дьявол. Гадать не нужно. В центре человек, за чью душу и шла борьба. Помните, если добро всегда побеждает зло, то тот, кто победил – тот и добрый. Так вот, тут добро всегда побеждало. Своей благополучной развязкой моралите стремилось внушить зрителям умиротворяющее значение покаяния, необходимость религиозной дисциплины или утверждало безусловность авторитета церковной власти. Много слов? Да, но самым распространенным мотивом моралите являлось прощение грешной души; ведь даже закоренелым грешникам уготовано небесное блаженство, если они в последние роковые минуты признают свои заблуждения. Всё очень конкретно: из объятий «зла» их вырвут раскаяние, чистосердечное покаяние, исповедь, полное подчинение «небесным силам». Не спешите зевать, всё это важно для понимания нашей пьесы.



Сердцем современной постановки, её стержнем и главным героем, стал Чиветель Эджиофор, британский актёр, режиссёр и сценарист. Номинант на премии «Оскар» и «Эмми», пятикратный номинант на «Золотой глобус», на театральную премию имени Лоуренса Оливье. Лауреат премии Джека Тинкера, а также множества наград за роль раба Соломона Нортапа в исторической драме «12 лет рабства» (2013), в том числе премии Британской киноакадемии. Именно ему предстоит представить вам безымянного персонажа, именуемого Всяким Человеком. Да еще и в эпицентре средневекового моралите, преображенного и приближенного к нашему веку.


Всё это важно, ведь современный обыватель сильно отличается от своего средневекового коллеги во многих отношениях. Тот, средневековый герой моралите мог быть лишен любых определенных черт индивидуальности для того, чтобы стать универсальным сообщением пьесы, её центральным посланием, ключевой аллегорией. Но современный обыватель, средний человек, массовый читатель (как уж хотите) – давно правит бал, он свободен и дерзок, именно он диктует вкусы. Как его теперь заставить слепо следовать пространным диалогам добра и зла?


Не стоит думать о жанре, как о скучной проповеди. Моралите – было дивным собранием самой свободной поэзии своего времени. Даже ключевой упрощение работало на зрителя, позволяя обсуждать многое, что оставалось за границами религиозной мистерии. Например, то же самое (оригинальное нам) моралите «Every Man» («Всякий человек») посредством талантливой драматизации известной притчи об испытании друзей обсуждало католическую идею оправдания жизни посредством добрых дел. Так, спокойно! В средневековой Англии 15 века. Не самая простая и открытая задача. Просто время размывает забытые распри, жестокие споры, костры и смерти, но остается … что же нам остается?


Пьесу откроет традиционный – назидательный пролог. Сейчас я говорю, а вы просто запоминайте (если не видели, или соотносите, если посмотрели), это забавно. Действие откроет шумная вечеринка в честь дня рождения Всякого Человека. Всяк – успешен, богат, окружен друзьями, судя по оставленным ему смс, любим семьей. Так что же тут не так? Как и в средневековом материале, Всяк греховен тем, что мир прогневал Бога. Возмущенный равнодушием и праздностью человека, создатель отправляет за ним Смерть. Та наставляет (почти, как в криминальных боевиках об ирландской мафии) Всяка, которому теперь предстоит дать полный отчет Богу о своей жизни. Вот вам и сюжет: найти для создателя в себе что-либо, что перевесит чашу весов в твою пользу. Ну или выжить!


Смотреть спектакль легко и занятно. С одной стороны ловишь себя на том, как ноги азартно пританцовывают в такт современным мелодиям; с другой, как еще азартнее мозг вычисляет преображением древнего жанра. Помните, уже говорила, что все его аллегории были буквальны? Вера могла быть «одета в красивое белое платье», Надежда – в фиолетовое, Милосердие – в алое, Христианство - «как почтенная дама». Персонаж Грех - «спереди в светском платье, а сзади с дьявольским хвостом». Только одна аллегорическая персона, Доброе Дело, всегда выглядело, как «добрый купец, почтенный горожанин». Кто видел спектакль, поймет почему было так смешно и горько; кто еще не смотрел, вспомните Доброе Дело, когда будете смотреть. Да, в этом приеме опять - таки бережно сохраняется его традиционность и отлично отражается современность. За это и люблю такие кульбиты.


Если решитесь посмотреть прекрасный спектакль, помните, что «Всякий Человек» - одно из наиболее знаменитых английских моралите. Что пьеса драматизирует не всю человеческую жизнь, но лишь очень особенные - предсмертные часы. Что в оригинальных монологах главного действующего лица перспективно освещалась вся его предшествующая история. Это было очень серьезное произведение, почти трагическое по своему колориту, и пользовалось огромной популярностью в течение всей почти первой половины XVI столетия. Так между 1509-1537 гг. оно было издано в Англии четыре раза. Неясными, правда, остаются, и время, и даже место его возникновения. Значительное большинство исследователей считает его древнейшей редакцией - голландскую пьесу (Elckerlijk), напечатанную в Нидерландах еще в 1495 году Питером Дорландусом. На чрезвычайную распространенность этого моралите в Нидерландах указывает то, что его основную тему запечатлел великий Питер Брейгель в одном из своих рисунков. На нем Всякий Человек изображен в облике нидерландского горожанина, который тщетно ищет самого себя среди тюков с товарами, бочек и ящиков, среди наук и искусств, в деревне и на войне. Перед ним зеркало с надписью: «Познай самого себя».


В оригинале Всякий Человек живет, не предчувствуя кончины, всецело преданный мирским усладам. Но смерть является к нему, чтобы призвать на суд божий. Напрасно молит герой об отсрочке, напрасно мечтает подкупить нежданную гость. Смерть требует тотчас же отправиться с ним в путь, откуда нет возврата. Всякий Человек не сразу понимает безысходность своего положения; посменно просит сопровождать его в этом паломничестве Дружбу, Родню, Собственность, но те … оставим спойлеры. Все произведение заключала несложная мораль, произносимая неким «доктором». Да, занятно сравнить, кто завершает пьесу здесь и ... чем. Хищно улыбаюсь.


Мне останется сказать, что Руфус Норрис не только прекрасный театральный режиссер, но режиссер прекрасного фильма «Сломленные» (Broken) с Тимом Ротом, Киллианом Мёрфи, Биллом Милнером, Робертом Эммсом, Рори Киннер в ролях. Что Смерть сыграл замечательный ирландец Дермот КраулиЛютер», «Питер Кингдом вас не бросит», «Пуаро», «Отец Тед», «Холодный дом», «Мальчики миссис Браун», «Под прицелом» и многое другое). Дермот сыграл Крикса Мадина в фильме «Возвращение джедая», а кроме этого серьезно рассматривался на роль Седьмого Доктора. Музыкой к спектаклю занимался Уиллиам Лайонс (кто смотрел киноверсию спектакля театра Глобус «Все хорошо, что хорошо кончается» (All's Well That Ends Well) представляют его работы).


Последнее. Обсуждать можно много и вкусно. О том, как непрост был этот эксперимент – перенесение позабытого жанра на современную сцену. Или о том, что именно составляет дилемму спектакля сейчас. Какие параллели можно смело провести (с интересом бы поиграла в сравнительную поэтику «Всякого Человека» и «Смерти Ивана Ильича» Толстого). Восхититься хореографией, Чиветелем, актерским ансамблем, костюмами, сценографией, адаптацией текста. Или, например, выбрать символы и артефакты современности из многовекового материала. А можно просто успокоиться и выдохнуть. Видите ли, моралите когда – то выполняло сразу несколько важных функций: формировало театральную публику, преодолевало недоверие к искусству театра, транслировало идеи исторической преемственности и служило связующими звеньями между эпохами. А еще оно немного утешало. Просто выберите для себя, в чем нуждаетесь больше всего. Тут хватит на всех.

всяк

Да, просто не удержалась. Но автоматические запросы Яндекса – отличная иллюстрация ко всему. Всем доброго дня!
Tags: *рецензия, жанр: драма, раздел: спектакль
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments