Наталья Попова (bamssi) wrote in british_cinema,
Наталья Попова
bamssi
british_cinema

«Опасные связи» (Les Liaisons Dangereuses), «Донмар», 2015

Сегодня международный день театра, самое время поговорить об изящной, камерной и своеобразной постановке театра «Донмар». Мы уже любовались «Кориоланом», на этот раз пришло время для самого скандального, блистательного, шокирующего, беспощадного романа Пьера Амбруаза Шодерло де Лакло. Кадровый офицер, светский лев, писатель, авантюрист и моралист, вошедший в историю военного дела, как ученый и как политический интриган, узник республики и бонапартовский генерал, лукавый и мудрый человека, отметавший любые нападки на свою книгу: «Нравы, которые я нарисовал, печальны... Но это не является, думается мне, доказательством ненужности изображения того, чего следует остерегаться». Мост между 1782 годом и 2015 – посмотрим, что изменилось? Да, постараюсь не касаться сюжета, более чем растиражированного экранизациями, но вольно или невольно буду говорить о романе и постановке свободно. Так что, не желая портить себе просмотр спойлерами, поверьте на слово – постановка даст больше, чем любой мой обзор. С праздником!


Вместо вступления

Прямой поиск постановок и фильмов на Кинопоиске выдает свыше шести сотен результатов. Сейчас в Москве можно посмотреть ту же самую пьесу английского драматурга Кристофера Хэмптона, например, в театре имени Моссовета. Это сейчас, но и тогда Мельхиор Гримм, немецкий публицист эпохи Просвещения, критик и дипломат, многолетний корреспондент императрицы Екатерины II, свидетельствовал: «За последние несколько лет еще ни разу не появилось романа, который имел бы такой блистательный успех, как «Опасные связи» господина Шодерло де Лакло». Одна из корреспонденток автора, госпожа Риккобони сообщала ему: «Весь Париж торопится Вас прочесть, весь Париж только о Вас и говорит». Уже при жизни автора роман выдержал 50 изданий, невероятный результат не только по тем временам. Лакло стал знаменит, вошел в моду, знакомства с ним искали — хотя, остроумный и охотный слушатель дамских исповедей, Лакло был, по свидетельству современников, человеком холодным и не всегда любезным. В наше время почти каждая экранизация книги имеет значительный успех. Часть из них просто легендарны: «Опасные связи» 1959 года режиссера Роже Вадима, «Опасные связи» Стивена Фрирза 1988 года, и на следующий год «Вальмон» Милоша Формана с незабываемой ролью Колина Фёрта, 1999 год «Жестокие игры» режиссёра Роджера Камбла, «Опасные связи» Жози Дайан 2003 с участием Катрин Денёв, Руперта Эверетта, Настасьи Кински. Продолжать можно долго, но в чем успех?


Сюжет

Светская дама, госпожа де Воланж забирает свою пятнадцатилетнюю дочь Сесиль из монастыря, где ту воспитывали, чтобы в свой срок выдать замуж за графа де Жаркура. Бывшая любовница Жаркура, когда-то обиженная им, маркиза де Мертей, желая отомстить обидчику, планирует "испортить" невесту, чтобы посмеяться над графом. В осуществлении своих замыслов маркиза прибегает к помощи своего друга, известного сердцееда виконта де Вальмона. Вальмон и маркиза некогда были любовниками, но сейчас считают друг друга близкими друзьями. По крайней мере, обожающий маркизу Вальмон, привык считать ситуацию таковой. На спор с маркизой Вальмон согласился соблазнить невинную девушку. Для него это даже слишком легко, но однако его ум занят другой задачей, отчаянной попыткой соблазнить наперсницу свой пожилой тетки, госпожи де Розмонд, добродетельную и счастливую в браке, мадам де Турвель.



Роман

Во-первых, де Лакло – не был литератором. Он был кадровый офицер, который на досуге, от скуки «что-то пописывал»: стихи, послания, даже либретто к опере. Роман стает его единственным (не считая монографий) произведением, составляющий славу не только французской, но и мировой литературы.



Это эпистолярный роман, то есть произведение написанное, составленное из многоголосых писем. Писем маркизы де Мертей к виконту де Вальмону, от Вальмонта к маркизе, писем юной Сесили Воланж к не появляющейся в сюжете подруге Софи Карне, писем виконта де Вальмона к президентше де Турвель и обратно, от мадам де Турвель к госпоже де Воланж и так далее. События предстают перед нами в пересказе многих лиц, тем самым мы словно подглядываем за чужими судьбами, представленные себе. Любые выводы останутся на нашей совести, ведь привычного автора (рассказчика), давлеющего над нами – тут нет. Да, подчеркивая мастерство автора, уточню, что письма не просто написаны от разных лиц, их своеобразие отличается не только сюжетом, но стилем, манерой говорить, излагать и мыслить. Превосходная возможность узнать о произошедшем - с самых различных сторон.



Еще одна особенность этого романа в том, что он совершенно традиционен своему время и революционно нов. Чувствительный сюжет, замкнутое аристократическое общество, любовные интриги – просто стандарт своего времени. Но потрясающая непредвзятость, тонкий психологизм, реализм многих деталей. В этом уже угадываются черты будущего творчества Бальзака и Стендаля. Знаете в чем? Описание интимных страданий в романе 18 века – чуть ли не обязанность романиста, но эти страдания оторваны от быта, представлены как нечто самостоятельное, а вот наш герой над всем этим смеется. Поверьте, и до и после Лакло писали «эротические» романы (например, «Нескромные драгоценности» Дидро, новеллы шевалье Келюса, «Любовные похождения шевалье Фоблаза» Луве де Кувре). Лучшие стилисты славились своим умением изображать самое интимное в отношениях между полами так, что все рассказывалось, показывалось, но ничто не бывало названо. С одной стороны Шодерло просто следует традиции, таковы сцены соблазнения Сесили де Воланж, а также эпизод с «чувствительным» письмом Вальмона к госпоже де Турвель, написанное в будуаре Эмили. Но для него это, всего лишь способ лучше раскрыть характер Вальмона.



Еще одна важная деталь. Чтобы понять, всю отрешенность, замкнутость мира, в котором действуют герои и писался роман, достаточно вспомнить знаменитую фразу Марии-Антуанетты, печально известной французской королевы, якобы вырвавшейся у нее в ответ на известие, что у бегущей за ней толпой нет хлеба: «Если у них нет хлеба, пусть едят пирожные!». Не знаю чего в этом больше цинизма или настоящей наивности девочки, оторванной от реальности. Двор – золотая клетка, из которой выбраться можно было … только на плаху. А до революции оставалось всего семь лет. Эти люди действительно не совсем представляли, как растет хлеб, как шьют одежду, как живут другие люди. Не думайте, что это свойственно только веку 18-му. Пару лет назад оказалась свидетелем светской беседы важной чиновницы. Дама радостно щебетала, рассказывала об своеобразном отпуске, патриотично проведенном в России. «Выехали мы за МКАД, а там – люди!» - щебетала дама и смешно таращила глаза. Не уверена, что когда я брезгливо обхожу бомжа у метро, что до конца представляю причины и условия, разделившие нас в данном моменте. У Лакло это потрясающе точно подмечено в сценах Вальмонта со своим лакеем. Виконт искренне радуется, что так легко нашлось семейство «сыграть» крайнюю нищету, на который можно было бы продемонстрировать торжество благотворительности. Или то, с каким цинизмом он размышляет, не подстрелить ли ему неуклюжего лакея мадам Де Турвель, отправленного следить за нашим героем. Был ли автор провидцем? Не уверена, но то, что в воздухе уже назревала гроза, Шодерло не понимать не мог.



Но самое революционное в романе – персонаж маркизы де Мертей, с полным правом предшественницы Элеоноры Бенжамена Констана, герцогини де Ланже Бальзака, наконец, Анны Карениной. Принято считать, что Вальмонт и маркиза представляют в романе «демоническое» начало, а вот образы наивной Сесиль, трогательной тетушки виконта и (главное) мадам де Турвель – обратную сторону этой моменты. Лакло воистину диалектичен, ведь чем ближе падение добродетельно мадам, тем ярче и могучей её образ, полный обаятельной силы, мужества и подлинной страсти. Но если избавиться от схем, то можно увидеть больше. Лакло дарит нам три разных картины: беззащитной юности (Сесиль), разнообразной зрелости (маркиза и президентша) и подлинной зрелости (тетушка). Это не метафоры, волне себе живые люди, обреченные каждый на свою боль. Вальмонт – не злой гений, просто скучающий олух из состоятельной семьи, скорее любовная пародия, чем истинный продолжатель дела Дон Жуана и Казановы. Ему невыносимо скучно, но (!) маркиза – зеркальное отражение его самого. Лишенная иного стержня, она находит применение своим недюжинным способностям в одном – интригах и месте. Но воистину, впервые в истории литературы женщина обладала не только равными, большими силами и правами, чем мужчина. Вызывает ли это во мне сочувствие к маркизе? Нет. Но не восхищаться возникновением подобного образа я не могу!



Пьеса Кристофера Хэмптона

Начнем с того, Кристофер Хэмптон (Christopher Hampton) — английский писатель, поэт,сценарист, кинорежиссёр. Командор Ордена Британской империи (СВЕ). Член Королевского литературного общества. Написал более 20 пьес и свыше 30 оригинальных и адаптированных сценариев к кинофильмам, среди которых наиболее известны «Опасные связи» и «Каррингтон». Автор литературной основы для мюзикла Эндрю Ллойда Уэббера «Бульвар Сансет». Свою версию «Опасных связей» он писал для голливудской картины Стивена Фрирза, с Гленн Клоуз, Джоном Малковичем, Мишель Пфайффер. Фильм сделал «звездами» молодых тогда актёров Киану Ривза и Уму Турман.



Следует добавить, что это не первый опыт Кристофера в области адаптации классических произведений. До начала 70-х годов он работал штатным драматургом театра Royal Court и подготовил к постановке две пьесы: «Полное затмение» («Total Eclipse», 1967 год) об истории взаимоотношений между двумя французскими поэтами Верленом и Рембо, а также «Филантропа» ( «The Philanthropist», 1969 год). Последний спектакль принёс Хэмптону первую награду — Премию Джеймса Джефферсона, вручаемую за высокие достижения в театральном искусстве по выбору непрофессионального жюри. В это же время он пробует себя в адаптации классического романа к кинематографическому производству: собственный перевод и сценарий по пьесе Ибсена «Кукольный дом» к одноимённому фильму, вышедшему в 1973 году. За «Оасные связи» Кристофер Хэмптон получил международную известность и престижные награды, среди которых «Оскар» за лучший адаптированный сценарий и премия BAFTA в аналогичной категории. Да, его версия «Полного затмения» легла в основу одноименного легендарного фильма. Он сценарист «Искупления», «Шерри», «Опасного метода», «Тихого американца».


Его пьесу (ставшую основой сценария фильма) часто ставят на сценах всего мира (напоминаю, театр имени Моссовета прямо сейчас). Чем он отличается от романа? Фактологически, если я правильно помню, ничем. Легче, проще, ближе к нашему времени. Ему удалось оставить начинку и освободить самое вкусное для современного зрителя.


Режиссер Джози Рурк

Джози Рурк – третий художественный руководитель театра «Донмар» (с 2012 года). Также является режиссером многих прекрасных театральных постановок, в числе которых спектакль 2011 года «Много шума из ничего» по пьесе Уильяма Шекспира с Дэвидом Теннантом и Кэтрин Тейт в главных ролях и «Кориолана» 2013 года с Томом Хиддлстонлм, Марком Гэтисcом, Деборой Файндлей, Хэдли Фрэйзером и другими. Для той постановки она и художник Том Скотт оставили очень камерное пространство, размером с небольшую комнату. Зрительные ряды подступают к ней вплотную с трех сторон, оставляя у смотрящий ощущение не просто камерности, а немного запретности происходящего. Освещают сцену шикарные люстры с восковыми свечами. Театр в театре. Пространство убрано в нечто среднее между настоящим версальским будуаром и галерейной атмосферой. Таким образом, персонажи действуют как бы над временем, костюмами, тканями и движениями лишь подчеркивая современность текста. Это потрясающе в ней: но текст, именно текст, главный герой этой постановки.



В зале мимо меня прошли две очень элегантные юные барышни. Образованные, красивые, сознательно выбравшие спектакль. Перед началом или разбирали английские реплики, переговаривались лишь тихими голосами, но выходя на антракт разочаровано делились: «Тебе не показалось, что действие несколько затянуто?». Да, милые, да! Потому что в энергичном информационном потоке нашего, 21 века, мы совершенно отвыкли вслушиваться в текст, живой и ёмкий. А здесь Рурк, драматург и актеры сделали всё, чтобы притормозить наш век, акцентировать нас на словах, дать возможность насладиться ими. Я уже и забыла, как мудр этот роман.



Актеры

Состав у спектакля потрясающий. Начнет с Вальмонта - Доминика Уэста. Роскошный Вальмонт, пугающий, прости за грубый эпитет – смачный. Долго не понимаешь, почему выбор был сделан именно на такую трактовку: земную, вульгарную, нескрываемо демоническую, пока не доходишь до сцены дуэли. Уэст переворачивает всё, и ты снова, как во времена Фёрта, проникаешься лучшим, что есть на земле – сочувствием. Рассказывать об успешной актере бессмысленно, если вы хоть раз посмотрели «Любовников» или, как я, фанаты Гектора Мэддена и сериала «Час», то слова излишни. Если не видели – лучше просто увидеть.


Маркизу играет невероятная Джэнет МакТир, британская актриса, дважды номинировавшаяся на премию «Оскар». Чтобы легче было представить актрису, вспомним загадочного Хьюберта Пейджа в «Таинственном Альберте Ноббсе». Какая демоническая у нее маркиза! Маркиза, которой отдана последняя реплика пьесы. Маркиза, которая предстает вполне революционной фигурой. Согласна ли я с такой трактовкой? Не знаю. Но как это сыграно!


Несчастную благодетельную мадам играет ирландка Элейн Кэссиди, звезда недавнего сериала «Без обид». Тут я - субъективна, влюблена в сериал, в актрису, и просто наслаждалась её хрупкой, невротичной, живой мадам. Такую трудно не полюбить.


Обожаемую мной в романе тетушку играет обожаемая всеми Уна Стаббс. Что может быть лучше? Тетушка для меня – символ той мудрости, что однажды, надеюсь, станет прибежищем для меня. А Уна – актриса восхищающая в любом своем возрасте.


Юного возлюбленного Сесиль играет Эдвард Холкрофт. Роль неоднозначная, парень вечная марионетка всех и вся, но в тоже время – у Лакло действующее нравственное звено. Просто юность, обреченная ошибаться. Справился звезда «Лондонского шпиона» на все сто! Смешной, милый, трогательный, но цельный.


Мадам де Воландж играет мать Марты простите Аджоа Андох. Сесиль – нежное создание по имени Морфидд КларкАртур и Джордж», «Мадам Бовари»). Ушлого лакея - Тео Барклем-Биггз, засветившийся в «Призраках», «Миранде», «Kingsman: Секретная служба» (не самая приятная роль). Если кого забыла, простите, тороплюсь закончить свой бесконечный праздничный пост.


Итог

Этот спектакль – сам по себе праздник. Изящная, такая светская, такая лукавая постановка очень мудрого романа. Замкнутые в его пространстве люди играют в страсти, манипулируют. Интригуют, настаивают на своем праве лидерства. Бесконечная война полов и страх перед лицом чего-то большего, такого постного на фоне страстей наигранных, пугающего и неизбежно побеждающего. Потому что счастье – это всего лишь непростой выбор. Да, вскоре после издания книги в жизни Лакло произошло событие, как бы предсказанное и осужденное им в романе. Он соблазнил юную дочь чиновника, вне брака родился сын. Однако три года спустя союз всё же увенчался браком — настолько удачным, что Лакло, откликаясь на предложенную Академией Шалони-на-Марне в 1785 году тему «О воспитании женщин», создаст несколько томительно-благонравных глав в духе Жан Жака Руссо, доказывая при этом, что «счастье возможно лишь в кругу семьи». Лукавил? Нам уже не узнать.


Род человеческий не совершенен ни в чем - ни в дурном, ни в хорошем. Негодяй может иметь свои достоинства, как и честный человек - свои слабости. Мне представляется, что считать это истиной тем более важно, что именно отсюда вытекает необходимость снисхождения к злым также, как и к добрым, и что истина эта одних предохраняет от гордыни, а других - от отчаяния. © «Опасные связи» С праздником!
Tags: *рецензия, актер: dominic west, жанр: драма, раздел: спектакль
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 14 comments