Наталья Попова (bamssi) wrote in british_cinema,
Наталья Попова
bamssi
british_cinema

«Гамлет» (Hamlet), режиссер Николас Хитнер, 2010 год

Самая длинная и педантичная (на моей памяти) постановка, почти три часа тридцать минут экранного времени. Детальная, развернутая, классическая и неоднозначная. При этом она изумительно точна, отвлеченна, погружена в текст. Текст, который так любовно и открыто встроен в повествование, что иногда тебе всё равно кто его произносит, он эхом царит на сцене. Первые впечатления были почти влюбленные, упоительные, но и теперь, спустя столько недель, я еще слышу спектакль внутри. Еще спорю с ним, еще проживаю. Это ли не цель любой постановки?


Гамлет - Рори Кинер. В других ролях: Патрик Мэлахайд, Джиллз Терера, Дэвид Колдер, Алекс Ланипекун, Клэр Хиггинс, Рут Нега, Джеймс Лоренсон и другие. Большой зал имени Оливье в стенах Национального. Гипертрофированное пространство некого отвлеченного государства 80-х. Едва уловимый вкус диско, мешковатый спортивный наряд Гамлета, официальные костюмы охраны, голые коридоры помещений. Хитнер постарался освободить пространство для текста и скрупулезно перенес его в постановку. Почти целиком.



Сердце постановки

Порвалась дней связующая нить.
Как мне обрывки их соединить!
(с)

Сердце этой постановки её полицейская атмосфера. Пустой дворец, охранники, затянутые в костюмы. Рации в руках и смайлики на траурных футболках, которые Гамлет раздает перед спектаклем. Давящее, официозное, безжизненное пространство. Вспышки фото камер, телевизионные микрофоны, мельтешащие секретари. Всё это позволяет отстраниться, чуть изумленно наблюдать, неуловимо погружаясь не в историю, а текст.


Гамлет Рори Киннера (Rory Kinnear)

На мой взгляд, максимально точно воплощает текстовый образ. На руку играет даже условная полнота (скорее, плотность телосложения) артиста, физически ощутимые переходы из расслабленного состояния инерции через истерику к хладнокровной жестокости. Гамлет Киннера пугает, завораживает, отталкивает и привлекает. Каждый монолог – новая грань. Отвлекаясь от текста, ты понимаешь, что это человек умен и растерян. Но ключевое – жесток. Впрочем, для меня это то, что я когда-то нашла в тексте. Тут не каждый согласится со мной, но как еще расценить его упреки Лаэрту («Что сделал я тебе?»), рассказ Горацио о гибели Розенкранца и Гильденстерна… Киннер купил меня этой сценой. Как спокойны его глаза в ответ на испуг друга «Убиты?». Воистину королевский ответ «Им награда за труды». Для меня Шекспир далеко ушел за рамки нравственной проблемы мести, вовсе не для этого он поместил умного человека в нестерпимые условия дворцовой интриги и вложил в его уста бессмертное «o be, or not to be: that is the question». Гамлет – симулякр человечества в целом, человеческого интеллекта в частности. Таков Гамлет Киннера – мыслитель, человек сомнений, сильный человек, единственной слабостью которого стала рациональность. Безумие Гамлет в том, что он верит, что имитирует безумие.



Трактовка актером образа не так проста, как кажется в первых актах. Накал не только нарастает, но и ощутимо  меняется. Гамлет, вернувшийся в Данию, уже иной человек, чьи сомнения растрачены, силы растворены, и не осталось не огня, не веры. Его Гамлет – не мистик, нет, он ученый человек, тщательно учитывающий свалившееся на него и шалеющий, теряющий голову от этого. Не стоит усматривать за этим только неврастению (я тут начиналась отзывов на свою голову), это, ребята, достоверность. Как еще мог бы себя вести рациональный человек под грузом иррациональной боли, вины и злости?! Насколько Киннер владеет этим заметно в самом знаменитом монологе. Это больше, чем диалог с собой. Нет, это диалог с миром. Диалог человека осознающего, что ничего не услышит в ответ.



Клавдий Патрика Мэлахайда (Patrick Malahide)

Невероятный по глубине и пластике персонаж – просто кладезь для любого актера. Тут трактовки просто бесконечны. Патрик выбрал свой путь: его Клавдий азартен, высокомерен, жесток до откровенной трусливости. При этом обворожительно властен. Эдакий правитель бывшей союзной республики, глава небольшого комитета очень закрытого органа в прошлом.


Он поразительно точно вписался в это пространство. Деловые костюмы, деловая ненависть, дежурный страх, вера в наушничество, дар использовать подхалимов и карьеристов, безжалостность, более свойственная чиновнику, чем королю. Над всем этим сила, сила и слепая вера в своей правоте. Отлично оттеняет и добавляет в состояние Гамлета, умом понимающего, но не в состоянии сердцем принять разницу и правду.

Полоний Дэвида Колдера (David Calder)

Вдруг на фоне столь эмоционального Гамлета, официозного Клавдия, абсолютно комедийный и пластичный Полоний. Обаятельный и нелепый до ужаса! Просто невероятно. Такая рыхлость в движениях, смехотворная пафосность и при этом почти ласковая тональность голоса. Этот Полоний почти свят на фоне выбранной манеры парнеров. Изумительная трактовка, неожиданная и увлекательная. Такого Полония, суетливого и домашнего, было как никогда жаль.


Гертруда Клэр Хиггинс (Clare Higgins)

Немолода, хлопотлива, почти вульгарна. В этом есть некая изумительная достоверность: какой еще может быть влюбленная, немолодая женщина, старающаяся убедить себя и окружающих в том, что всё хорошо? Она с честью пытается исполнять свои обязанности, жены и матери, королевы и наставницы. Отчаянно, пытливо и беспомощно. Цепляется за любую надежду, прозревая так поздно, так до обидно поздно, но ощущение этого замерзает на её лице, искажая черты.


Офелия Рут Негга (Ruth Negga)

Самая неоднозначная трактовка спектакля. С одной стороны потрясающая нежность, чарующая и филигранная. Различная по тонам: в здравии и в безумии; к брату, к Гамлету или отцу. Такая хрупкость, игривость, тонкозвонкость. Но при этом едва различимая дерзость, очень современная уверенность в движениях, словно эта Офелия, девочка из богатой семьи, случайно попавшая в зачарованное средневековье. В некоторых сценах это было даже живительно, в некоторых казалось немного инородным. Впрочем, Рут - прекрасна, убеждена, я просто с тот день не совпала с её манерой.


Лаэрт Алекса Ланипекуна (Alex Lanipekun)

К черту трактовки, изумительно обаятельный актер. Так уж вышло, но этому образу со мной не везет. Вечно забываю про него после первой же реплики. Удачливый мальчишка, удравший на встречу приключением, так азартно поучающий сестру. Не глупый и не злой, в одно мгновение оказавшийся в аду обстоятельств. Клавдий так легко его ломает, так просто подводит к подлости. В гибели Лаэрта есть что-то ошеломительно гадкое. Как в любом опрометчиво надменном поступке. Негодяем стать непросто, но так легко погибнуть, возомнив себя таким. О том, что Лаэрт зеркален Гамлету, осознала, лишь наблюдая за Алексом. Потому что не смогла от него отвлечься. Теперь не знаю, как и благодарить артиста за указанную вовремя ошибку.


Горацио Джиллза Терера (Giles Terera)

Совсем мальчишка. Робеющий перед принцем, немного заискивающий и очень неловкий. Зато это удивительно оправдано в сценах, где это оттеняет всю мощь интеллекта Гамлета, мощь раздавленную, беспомощную перед лицом реальности. Уже упоминала знаменитый рассказ Гамлета о побеге с корабля и замене письма короля. Ужас Джилза неподделен, на фоне его хладнокровие и циничная ухмылка Гамлета почти болезненны.



Находки постановки

Сцена с актерами и финал. Отдельно живущие шедевры общего повествования. История в истории. На это хорошо играет то, что ведущего актера и знаменитую Тень отца Гамлета играет один и тот же актер. Это дублируют в сцене с гробовщиком, которого играет Дэвид Колдер, уже покинувший постановку, как Полоний.

Изумительно красива пантомима, предваряющая спектакль в спектакле. Это поразительно оживило пространство, на время одушевив его. Долго сохранялся привкус чего-то утраченного в замолчавшем дворце. От того сцена диалога Гамлета с «друзьями», молящегося Клавдия и убийство Полония смотрелись еще острее.

Прекрасен диалог Гамлета о флейте. Рори очень точно расставил одним голосом акценты. От игривости к жестко произнесенному утверждению: «Назовите меня любым инструментом, вы можете расстроить меня, но играть на мне нельзя». Этот момент могла бы смотреть бесконечно.

Отдельное спасибо за решение пространства, сцены на полу, переносящие на другую плоскость, почти «физически» принижающие текст. Это не первый раз встреченное мной решение, но здесь очень и очень гармонирующее.

В постановке точно есть много для тех, кто как я фанатично вслушивается в разночтения легендарного текста. Для тех, кто ищет себя и всё еще верит в разум. В этом пространстве ему сокрушительный и живительный приговор. Разум – один, сам по себе, не способен не только спасти, но и удержать нас на краю. Потребовалось время, чтобы я смогла принять это.

Tags: *рецензия, актер: rory kinnear, писатель: уильям шекспир, раздел: спектакль
Subscribe
promo british_cinema ноябрь 30, 2017 14:00 22
Buy for 10 000 tokens
Список сериалов и телефильмов на 2018 год, включающий сериалы британского телевидения и американские, главные роли в которых исполняют британские актеры. Как всегда, ссылка на пост висит в сайдбаре, в правом верхнем углу на главной странице сообщества ( как это выглядит) и время от времени…
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 19 comments